"Русские солдаты – это не люди" Дитмар Фройц СС «Тотенкопф» о тяжелых боях за Харьков в марте 1943г.
Нравится мои ролики? то у вас есть возможность поддержать автора!!
www.donationalerts.com/c/dima_80
— на сбербанк 4276550037460444
— Яндекс Номер кошелька 410012055050041
— пей-пал asadasa@yandex.ru
— ставки на спорт clck.ru/JQfMz
— подпишись в группу вк vk.com/public117505320
— подпишись на инстаграм www.instagram.com/kyxarim/
— по всем вопросам рекламы и Сотрудничество и тд пишите на почту asadasa.d@yandex.ru
— Воспоминания Дитмара Фройца шарфюрера дивизии СС «Тотенкопф» о
советских солдатах и тяжелых боях за Харьков в марте 1943г.
«Это было похоже на безумие, сначала мы оставляем город и бежим из него
сломя голову, спасаясь от советской орды, едва сдерживая панику и с трудом
сохраняя организованность, а уже буквально через несколько дней получаем
приказ вернуть город, отбить обратно Харьков у советов.
Мы прогрызаем себе путь через горящие кварталы, вокруг чад, гарь и копоть, на
улицах так жарко, что плавится не только снег и лёд, но такое ощущение, что
скоро расплавится и броня на нашем «Ханомаге».Слезятся глаза, ноги едва идут по этому месиву из грязи и снега, я не спал уже
несколько дней, спасают только таблетки «Первитина», которые я глотаю
горстями, я стал чертовски сильно привыкать к этой штуке.
Без «волшебной таблетки Адольфа» не выдержать такой темп, нашей роте
выдали двухмесячную норму стимулятора.
Такое ощущение, что бой не прекращается ни на минуту и идёт уже несколько
суток. Мы закрепились на двух улицах, заняли круговую оборону, нужно
отдышаться. Рота Ланге вышла на параллельный проспект, чтобы русские не
зашли нам в тыл через переулок.
Снег и пепел падает на мою каску, треск выстрелов сливается с треском пламени,
которое пожирает дома один за другим.
На третьем этаже дома, возле которого мы остановились на привал раздается
взрыв, я настолько устал, что даже инстинктивно не пригибаюсь, мы с Бауэром
идём проверить, что там случилось.
Первой волной прошла штурмовая рота, они брали квартал и этот дом, возможно
не успели всё очистить всё от противника.
Поднявшись на этаж, находясь на взводе и сжимая свой «Гевер» я был готов
начать стрелять на звук, на шорох, на голос, но всё было уже кончено.
Наверху мы обнаружили тело Зальцмана, пару перевернутых коек и
обезображенную мертвую русскую женщину — санитарку.
Видимо, бой за квартал разгорелся неожиданно и застал этот небольшой
импровизированный госпиталь врасплох. Она осталась с раненными и не успела
покинуть дом. Когда Зальцман проверял этажи и искал чем поживиться оннаткнулся на эту санитарку, а она не медля подорвала гранатой себя, раненных
русских и Зальцмана.
Если бы это была русская лимонка или наша «колотушка», то у кого то ещё могли
быть шансы, но судя по радиусу поражения и осколкам торчащим из стен у этой
женщины была оборонительная или противотанковая граната.
Через час не стало и Бауэра, винтовочный патрон прошил его спину, вышел из
груди, оставив на его парке рваную дыру. Бауэр упал плашмя в грязь. Мы
продвигались под прикрытием брони, гусеницы «Ханомага» подминали под себя
лежащие то тут, то там тела русских и груды разбросанного на дороге тряпья.
Вот одна такая «груда тряпья» и выстрелила Бауэру в спину. Проклятый
коммунист лежал и не шевелился, я даже не видел, чтобы от него шёл пар, он
словно и не дышал, он выжидал…
Выжидал, чтобы сделать выстрел, всего один точный выстрел, он не мог не
понимать, что выдав себя он обречён, один в окружении солдат нашей роты, но он
всё равно нажал на спуск….
Вечером уже в сумерках, мы набрели на перевернутый русский грузовик, который
уже не горел, а чадил дымом и смотрел своими колесами в серое небо.
Возле грузовика валялись мешки и пустые коробки, мы были в предвкушении,
хотели найти провизию. Наши тылы отстали, в городском бою это обычное дело,
когда нет сплошного фронта, а наши позиции и огневые точки русских натыканы в
шахматном порядке и всё это напоминает подгоревший слоенный пирог бабушки
Гретты.
Нашему разочарованию не было предела в коробках были какие то короткие
гвозди, вроде сапожных, а в мешках лежали промерзшие сухари, которые
невозможно было раскусить, лишь размачивать в кипятке и подолгу рассасывать.
У многих из нас был нервный срыв м сидели вокруг этого
#чтобыпомнили #великаяотечественнаявойна #военнаяистория